(публікується мовою оригіналу)
Со школьной скамьи любому из нас ведома ситуация, когда начинку контрольной ты узнаешь… лишь в начале контрольной. Решение УЕФА сроком по июнь 2014 года с вероятностью продления, похоже, застало Украину врасплох по той же «ученической» схеме.
Матчи женской сборной в квалификации ЧМ-2015 с командами Черногории и Англии, а также европейский поединок молодежки Сергея Ковальца с латвийскими ровесниками - все это надлежит провести только в Киеве или во Львове. А дальше маячит такое же ограничение до октября для всех других городов страны.
Возможно, с точки зрения популяризации вердикт невыгодный. Допустим, на игру дружины U-21 пришло бы 8 июня в Черкассах не меньше публики, чем на 120-минутный полуфинал национального кубка между «Славутичем» и донецким «Шахтером». Но это еще ладно.
Как быть с континентальными кубками, где за бортом летних и осенних встреч могут очутиться сразу пять исконно футбольных центров - Донецк, Днепропетровск, Харьков, Одесса, Луганск? Тут ведь еще надо проверить, списалась ли дисквалификация, собственно, львовского стадиона, ранее наказанного по линии FARE?
Впрочем, жесткие лимиты - явление отнюдь не сугубо украинское. В европейском регламенте можно выделить три базовые антипричины. Скажем, отсутствие у клуба такой арены, которая располагала бы сертификатом УЕФА. Сюда включаются самые разные позиции, начиная с достаточного для телетрансляций освещения и обустроенности трибун. Таких примеров в Восточной Европе было пруд пруди. Правда, в этой связи вспоминается почти анекдотичная ситуация середины 1980-х. Имею в виду перенос международных официальных поединков «Днепра» с родного ему тогда «Метеора» в соседний Кривой Рог. Населению огромной страны это подавалось в жанре «где мощнее прожекторы». Хотя истинной подоплекой был закрытый статус Днепропетровска для посещения иностранцами. А представляете, какие секреты того же КБ «Южное» могла выведать делегация «Бордо»?
Из той же оперы - чрезмерная отдаленность клубного стадиона от аэропорта, способного принять команду гостей. Помнится, винницкая «Нива» выкрутилась в Кубке кубков-1996/97 против эстонского «Саддама» и швейцарского «Сьона» за счет того, что взлетно-посадочная полоса аэродрома была пригодна даже для бортов военной авиации. Добираться автобусами из Борисполя гости едва ли согласились бы.
Ну и, наконец, Ее величество
А теперь вот истинной зоной риска стала, по сути, вся левобережная Украина, плюс Черноморье. Но важно признать, что свежее послание из Ньона вовсе не с отметкой «вдруг». Как справедливо заметил вице-президент УЕФА Григорий Суркис, некоторые действия Федерации футбола Украины последних месяцев подводили руководство УЕФА к такому выводу. Например, 29-й тур чемпионата страны в премьер-лиге без зрителей и совершенно нелогичное, хоть и отозванное затем решение о таком же формате для финального матча за Кубок Украины.
Григорий Михайлович уточнил, что 19 февраля он напрямую говорил президенту Украины, что тогдашнее распоряжение провести матчи «Днепр» - «Тоттенхэм» и «Черноморец» - «Лион» при закрытых дверях грозит худшими последствиями. Да, цитирую, «болельщики еще раз доказали, что футбол в любой момент может помирить всех». Но майские шаги ФФУ с точки зрения УЕФА могли быть расценены как «абсолютно не отвечающие коммуникации между властями и футбольным сообществом».
В завершение сошлюсь на писателя из когорты «запрещенных» - Михаила Хейфеца. Автор «Путешествия из Дубровлага в Ермак» как-то сказал, что история, к сожалению, не всегда то, что было. А то, что записано. Но в том, что украинскому футболу впервые в новейшей истории предписано хождение по самому малому географическому атласу, не стоит никого упрекать извне.
Проще покопаться в себе - и попробовать доказать обратное…
Возможно, с точки зрения популяризации вердикт невыгодный. Допустим, на игру дружины U-21 пришло бы 8 июня в Черкассах не меньше публики, чем на 120-минутный полуфинал национального кубка между «Славутичем» и донецким «Шахтером». Но это еще ладно.
Как быть с континентальными кубками, где за бортом летних и осенних встреч могут очутиться сразу пять исконно футбольных центров - Донецк, Днепропетровск, Харьков, Одесса, Луганск? Тут ведь еще надо проверить, списалась ли дисквалификация, собственно, львовского стадиона, ранее наказанного по линии FARE?
Впрочем, жесткие лимиты - явление отнюдь не сугубо украинское. В европейском регламенте можно выделить три базовые антипричины. Скажем, отсутствие у клуба такой арены, которая располагала бы сертификатом УЕФА. Сюда включаются самые разные позиции, начиная с достаточного для телетрансляций освещения и обустроенности трибун. Таких примеров в Восточной Европе было пруд пруди. Правда, в этой связи вспоминается почти анекдотичная ситуация середины 1980-х. Имею в виду перенос международных официальных поединков «Днепра» с родного ему тогда «Метеора» в соседний Кривой Рог. Населению огромной страны это подавалось в жанре «где мощнее прожекторы». Хотя истинной подоплекой был закрытый статус Днепропетровска для посещения иностранцами. А представляете, какие секреты того же КБ «Южное» могла выведать делегация «Бордо»?
Из той же оперы - чрезмерная отдаленность клубного стадиона от аэропорта, способного принять команду гостей. Помнится, винницкая «Нива» выкрутилась в Кубке кубков-1996/97 против эстонского «Саддама» и швейцарского «Сьона» за счет того, что взлетно-посадочная полоса аэродрома была пригодна даже для бортов военной авиации. Добираться автобусами из Борисполя гости едва ли согласились бы.
Ну и, наконец, Ее величество
безопасность
. Долгие годы полпреды Израиля в Лиге чемпионов и других кубках вынуждены были по вердикту УЕФА играть домашние матчи только в периметре Тель-Авив - Рамат-Ган. Это касалось, разумеется, не только местных «Маккаби» и «Хапоэля», но и их коллег из Петах-Тиквы, Беэр-Шевы, Ришон-ле-Циона, Хайфы. И это притом, что в последней есть прекрасный спортивный центр «Кирьят-Элиэзер», а до центрального аэропорта «Бен-Гурион» именно те сто верст, которые еще не критичны. Объяснять, почему на Земле обетованной вводились подобные строгости, думаю, излишне.А теперь вот истинной зоной риска стала, по сути, вся левобережная Украина, плюс Черноморье. Но важно признать, что свежее послание из Ньона вовсе не с отметкой «вдруг». Как справедливо заметил вице-президент УЕФА Григорий Суркис, некоторые действия Федерации футбола Украины последних месяцев подводили руководство УЕФА к такому выводу. Например, 29-й тур чемпионата страны в премьер-лиге без зрителей и совершенно нелогичное, хоть и отозванное затем решение о таком же формате для финального матча за Кубок Украины.
Григорий Михайлович уточнил, что 19 февраля он напрямую говорил президенту Украины, что тогдашнее распоряжение провести матчи «Днепр» - «Тоттенхэм» и «Черноморец» - «Лион» при закрытых дверях грозит худшими последствиями. Да, цитирую, «болельщики еще раз доказали, что футбол в любой момент может помирить всех». Но майские шаги ФФУ с точки зрения УЕФА могли быть расценены как «абсолютно не отвечающие коммуникации между властями и футбольным сообществом».
В завершение сошлюсь на писателя из когорты «запрещенных» - Михаила Хейфеца. Автор «Путешествия из Дубровлага в Ермак» как-то сказал, что история, к сожалению, не всегда то, что было. А то, что записано. Но в том, что украинскому футболу впервые в новейшей истории предписано хождение по самому малому географическому атласу, не стоит никого упрекать извне.
Проще покопаться в себе - и попробовать доказать обратное…
Автор - Євген Карельський