(публікується мовою оригіналу)
- Когда был матч со сборной Швейцарии и ты отразил пенальти у меня потекли слезы. У тебя были слезы?
- В той игре я не мог сдержать своих чувств. Есть фотографии, где видно, как я плачу. От несправедливой критики вот никогда не плакал. Единственное... были моменты утраченных возможностей.
- Кто из украинских вратарей тебе нравится?
- Отвечу по-другому. Я всегда переживаю за наших вратарей. Вот, когда «Шахтер» играл в финале Кубкеа УЕФА с «Вердером», когда Пятов допустил ошибку, я поймал себя на мысли, что хочу, чтобы они выиграли. Не хотел, чтобы Андрей пережил то, что и я после матча против Словении. Не столько за «Шахтер», сколько за Пятова. Со всеми голкиперами после игры нормально общаемся.
- Коваль хороший вратарь?
- Макс - парень с огромным потенциалом. Сможет он его реализовать, зависит только от него. Я всегда ему подскажу. Я понимаю его амбиции, вижу его желание на тренировках. Я сам через это прошел. Я вижу, что для него очень важно обыграть меня. И это хорошо. Нужно концентрировать внимания на тех чувствах, которые заставляют его идти вперед. Даже в самом простом матче нужно найти те моменты, которые помогут стать еще сильнее.
- Сложно, когда в команде есть два хороших вратаря? Ты знаешь заранее, в каком матче выйдешь ты, а в каком Коваль?
- Нет. Если команда хорошо играет и выигрывает, то понятно, кто будет играть. Но тут очень важно уметь не зацикливаться на игре, важно находить момент, как себя готовить. Зачастую проблема молодых игроков, под воздействием удачных игр, создается информационное поле, и он перестает адекватно воспринимать действительность.
- С кем из защитников ты чувствовал себя комфортнее.
- Это Ващук и Федоров. Мы выросли вместе и по жизни шли вместе. С Федоровым с 7 лет, с Владом с 12-13 лет. Понимал их с полу взгляда.
- Соперники часто пытаются вывести из равновесия?
- Конечно, но я никогда сам не играю грубо. Хотя бывает, когда меня вынуждают так действовать. Но сам я никогда не буду играть грубо. Был эпизод с Брандау. У него было качество, когда он мог сыграть подло. Мы играли в Киеве. Идет передача в разрез, судья свистит, я стелюсь, забираю мяч, но Брандау выставляет ногу и проводит шипами по лицу. В этой же игре в одном эпизоде я прыгаю вперед, успеваю развернуться, по инерции выбрасываю ногу вперед и «вставляю» ему в голеностоп. Сделал это специально. Он все понял. Потом играли в Донецке. У Брандау была возможность вставить мне так, что мало не покажется, но он этого не сделал. Похлопали друг друга по плечу и разошлись.
- Кого ты опасался больше всего? Кто был большим мастером?
- Так складывалось, что мне всегда забивал Рауль. Также очень опасен Месси.
- Самый запоминающийся матч?
- По эмоциям - это игра со Швейцарией. Еще в Киеве была на Кубок с «Шахтером» игра. Я тогда отбил пенальти.
- Проблема договорных матчей. Специалисты говорят, что достаточно решить вопрос с вратарем. К тебе подходили?
- Если кто-то хотел бы получить в глаз, то мог бы попробовать.
- Чем тебе запомнилось общение с Лобановским?
- Это был человек несгибаемой воли, уверенный себе. При этом с очень тонким чувством юмора. Он очень хорошо разбирался в людях, знал, к кому какой должен был подход.
- Помнишь индивидуальные беседы с Лобановским?
- С вратарями он не разговаривал. Помню только один момент. После матча «Спарта» - «Динамо» я ушел в сторону, чтобы настроиться. Он тогда сказал: «Есть матчи, которые выигрывает вратарь». И все. Лобановский всегда предвидел различные ситуации, четко понимал, чего хочет. Помню, когда «Бавария» кому-то проиграла в Германии, а разнос Лобановский устроил к нам. Все были в шоке. С чем это было связано? Возможно, к нашему отношении к тренировочному процессу.
- Лобановский любил театр. Был ли он сам актером?
- Он не играл, скорее жил. Проживал, не давая волю чувствам. Никогда. Были периоды, когда ему было плохо, были проблемы со здоровьем, но он всегда это скрывал.
- Неформальное общение с ним у тебя было?
- К сожалению, нет.
- При тебе ему стало плохо в Запорожье?
- Да. Но мы не думали тогда, что все может так обернуться. После игры все переживали. К сожалению, уверенности в словах тренерского штаба не было никакой. У Демьяненко были слезы в глазах. Михайличенко тоже ничего не показывал.
- Кто еще из тренеров произвел на тебя впечатление?
- Сложно сказать. Мнение есть о многих тренерах, но кого-то выделить не могу.
- Смог бы Лобановский сейчас совладать с легионерами?
- Кажется, это он говорил: «Один легионер - проблема, два - плохо, три - катастрофа».
- Легионеры - это проблема нашего чемпионата?
- Есть разные легионеры. У некоторых из них можно многому поучиться. Неважно, какая графа стоит у тебя в ведомости. Ты должен выполнять то, что от тебя требуют. Нужно знать и уважать историю твоего клуба.
- По поводу ведомости. Игроки знают, кто сколько получает?
- Не знаю. Лично я этим никогда не интересовался. Но при этом я спрашиваю со всех одинаково. На футбольном поле требования для всех одинаковые. Неважно, за какую сборную ты играешь и сколько денег получаешь.
- Сколько лет ты уже в «Динамо» в основном составе?
- Это уже 21-й сезон. Я пришел в первую команду 18 декабря 1993 года. Конечно, я понимаю, что у меня уже не те возможности, как раньше. Поэтому в свое время и отказался от игр сборной. Мои мышцы уже не всегда выдерживают. Как-то поехали играть в Швейцарию и после искусственного покрытия сразу же начались проблемы.
- Во сколько лет ты собираешься закончить?
- У меня контракт до конца этого чемпионата. Если все будет продолжаться, как в последний месяц, то продлевать его не буду. Не хочу быть обузой для клуба.
- Чем будешь заниматься после карьеры?
- Я всю жизнь отдал футболу. Посмотрим. В политику не пойду точно, пока я действующий футболист.
- Яшин курил и даже пил. Вы курите?
- Не курю. Разве что иногда могу выкурить сигару. Люблю вино.